Поиск по сайту



Шапка в славянской традиции

Журнал "Митра" №5 2000 год

Любовь Голосова

В зороастризме существование человека неразрывно связано с понятием вары - организованного пространства-времени, защищающего человека от вторжения бесов.
Одним из магических предметов силы, дающим человеку такую вару в наших непростых условиях, является шапка, которая связана с изедом Аша-Вахиштой, хранителем творческого огня в земном мире. Именно с Аша-Вахиштой и зороастрийский 32-летний солнечный календарь, соотносимый с неоскверненным циклом планеты Кейван (Сатурн), который позволяет человеку осознанно подойти к осмыслению времени в себе и себя во времени.
Головные покровы русских людей сочетают в себе сакральный и социальный смысл, ритмы юпитерианского и сатурнианского календарей. Планета Кейван имеет женское начало, и время, его структура более зримо отражены в женских головных уборах. С принятием византийской формы православия изменился быт и одеяния наших предков. Не деля во времени «моды», их наслоения, можно проследить влияние изеда Аша-Вахишты на народный головной женский убор вплоть до конца XIX в. — начала XX в. Женский головной убор отражает женский магический потенциал, его развитие во времени Аша-Вахишты.
Девочки и девушки ходили с распущенными волосами, с одной-двумя косами напоказ. В своей чистоте, невинности они не покрывали свою макушку, горушку — горнее место. Для порядка на голове в будни они носили тканную узорчатую ленту, девичью красу. В косу вплеталась яркая лента, иногда косник — два небольших треугольника, сшитых из ткани и набитых шерстью или пенькой. Девушки носили треугольные косынки с вышитыми на них плодами, цветами и гирляндами.
Праздничный выход обозначался у девицы венцом, короной. Девичий венец (венец — в рубленом доме — квадрат, прямоугольник из бревен) имел форму городов или теремов, например, изображение дома в несколько ярусов (жиров), отделявшихся друг от друга жемчужными поясками. Горницей девицы была ее открытая макушка. Венцы были в несколько рядов, иногда украшенных кораллами и камнями. К концу XIX века с распущенными волосами шла только невеста под венец, тот самый, который она в девичестве носила на голове, шла выявить свой внутренний сатурнианский цикл, примерно совпадающий с детородным циклом.

Зимой девичьи головы прятались в различные сочетания платков, шапок и шапочек. Самые знатные девицы носили высокие собольи (бобровые) шапки с матерчатым верхом — столбунцы.
Явные изменения в прическах женщин начинаются с момента замужества. Девицы выходили замуж, утрачивали девственную чистоту помыслов и начинали прятать волосы. Волосы женщины имел право видеть только муж, но не всегда. Женщина вступала в сложные отношения с миром, временем; она готовилась стать матерью.
Момент овладения мужчиной магической силой женщины отражен в двух противоположных выражениях. Предложение о совместной жизни сопровождается словами, что ни один волос с головы женщины не упадет. Крайняя степень мужского произвола выражается в приволакивании женщины за косы. И высшим выражением бесчестия женщины было публичное срывание с нее головного покрова — опростоволошение ее. Хотя в бытовой речи женщины до сих пор говорят иногда, что они в чем-то опростоволосились. Гулящим, продажным женщинам запрещалось убирать свою голову и покрывать ее.

Ровно через год после свадьбы девичья лента, краса, корона заменялась на женский головной убор. В Калужской, Тульской и Рязанской землях в день сватовства-сговора на голову невесты надевались «пучки-крючки — зеленая лента». Это полоска кумача, обшитая перьями павлина. Кумач красный, а лента зеленая. В зороастризме зеленый цвет — свадебный. В отсутствие павлиньих перьев использовались петушиные, гусиные, индюшачьи, окрашенные в ярко-красный, зеленый, желтый или голубой цвет. Этот обычай был зафиксирован этнографами в XIX веке.
Целый год молодая жена ходила в таком головном уборе, по праздникам надевая его с повойником и платком, но так, чтобы видны были перья. Тогда женщина приобретала качества птицы, среда обитания которой — мир верхний. Молодая могла год носить поверх женского головного убора свою девичью ленту.
Существовал и специальный головной убор молодой женщины первого года семейной жизни — косицы. Он состоял из 4 — 8 пучков селезневых перьев на правый и левый висок, (женщина превращалась в утицу народных сказаний, которая помогала доставать землю из океана — хаоса, стихии Апам-Напата), или же конских волос из гривы, нашитых на красную ленту. В этот год здоровая женщина зачинала и вынашивала первенца.
До венца на девичью повязку накидывали свадебное полотенце, фату; после венца девичья повязка заменялась кикой, на кичку делались красные крученые шелковые пряди, затем фата, свадебное полотенце. Так молодая жена ходила после венца целый день. Спустя год полагался настоящий женский головной убор. Во времена, ближе к нам стоящие, это волосники-подубрусники; кики-кички-сороки; по праздникам — кокошники.
Самый распространенный домашний головной убор — это кика, кичка — кусок материи, оформленный в небольшую шапочку с возвышенной плоскостью на лбу — кичным челом. Чело все разукрашивалось золотом, жемчугом, драгоценными камнями, а иногда все состояло из одного серебряного листа, подбитого материей. По бокам кики делались возвышения — переперы, их еще принимают за рога, также разукрашенные, из-под них ниже ушей спадали жемчужные шторы (4 или 6 на каждой стороне), которые достигали плеч. Задняя часть — подзатыльник, делалась из плотной материи, меха соболя или бобра. По окраине всей кики пристегивалась жемчужная бахрома, называемая «поднизью». Это наиболее упрощенное описание кики как составной части сороки.
Другой головной домашний убор женщины — это убрус с подубрусником (волосняком, ряской) без переперов-«рогов», характерных для кики, а с платком — убрусом. Подубрусники, волосняки, ряски — это маленькие шапочки, выполненные из материала по достатку, с узлом, который замыкает вару. Посредством этого узла женщина стягивала себе голову, иногда до такой степени, что глаза ее растягивались до висков, веки приопускались, она не мигала, и это иногда приписывали кокетству. Эти маленькие шапочки по краю отделывались ушивкой (оторочкой), унизанной жемчугом, каменьями. Оторочки (ушивки) перешивались с одного волосняка на другой и переходили из рода в род. Поверх волосняка (подволосника), ряски, подубрусника накладывался платок — убрус, обычно белого цвета, и подвязывался под подбородком. Его висячие концы часто унизывались жемчугом. Добыча речного жемчуга была обычным крестьянским промыслом, равно как и женское рукоделие из него. Убрус — это домашний головной убор. На выезд богатая женщина одевала поверх белую шляпу с полями, шитую золотом, камнями. С этой шляпы на спину спадали длинные красные шнурки.

Кика, кичка для выхода на улицу усложнялась в сороку. У этнографов нет единого мнения по поводу этимологии этого слова, поскольку оно емко. Птица сорока и сорочка, в которой родятся, в том числе. И сорок-сороков-сроков-роков-ороков и т. д. К концу XIX века такие сороки для простолюдинок весили больше 7 кг и состояли из 8-11-14 деталей. Только после года семейной жизни позволялось молодой женщине носить сороку с двумя возвышенностями на голове. Все остальные слои русского общества, приобщенные к европейской культуре, носили тривиальные шляпки с куцым перышком страуса.
Каждая часть сороки имела свое особое название: передняя часть — очелье, боковые части — крылья-переперы. Крылья сложены, как символ опускания птицы из горнего мира в земной; задняя часть — хвост, озадок. Каждая часть имела очень строгий смысл (и опушки, и налобники, и чело, и косицы, и отвесы). Сорока включала в себя перья селезня и пушки из гусиного пуха, непременно белого цвета, надетые на длинную раковину. С распространением городской цивилизации в общинный мир деревни утрачивалось полноценная мифологичность женского существования. Теряя этот мир (град, город) в себе, женщина переносила его вовне, и на людях она могла чувствовать себя защищенной в такой сороке. Можно привести множество примеров сохранности генетической памяти русских женщин о своем арийском происхождении. Усложнилась структура мира — усложнился и головной женский убор — предмет силы Аша-Вахишты, изеда, ответственного и за структурирование пространства.
Головной убор имел и эмоциональное отражение, вдовьи сороки — по горю, были белого цвета. На сороку сверху накидывалась наметка — шириной 30-40 см, длиной 2-3 м, а сверху еще и покрывало. Женщины осознавали форму материи, так, старообрядки никогда не складывали платок пополам в два треугольника. Они носили платок в виде вары, четырехугольника — два конца назад, два конца — на грудь, кромкой на чело, и скрепляли булавкой под подбородком. Старообрядки чурались праздников, а обязательным атрибутом русского праздничного костюма был четырехугольный кусок материи в руках (вара), называемый ширинка, складка, кружок. Их ношение также имело отличие для девушек и женщин. Эти «носовые платки» могли стоить целое состояние, были украшены золотом, камнями. В праздники женщины украшали головы кокошниками в виде полумесяца, полусферы, спускающейся до плеч. Иногда для красоты поверх кокошника носился «фролок» — полукруглая сетка из бисера шириной 12 см и диаметром 43 см.
Тема женских русских головных уборов большая, малоисследованная, одних названий по разным краям не перечесть. Так, например, повойник — рядовой домашний головной убор — это волосник, чехлик, колбак, самшура, моршень (Новгородская область), сборник.
Переход женщины в юпитерианский цикл, когда она могла отдавать свой накопленный магический потенциал не только семье, но и обществу связан с окончанием цикла нечестивой гех, он мало отражен в имеющейся этнографической литературе. Тогда по русским обычаям женщина могла стать повитухой — принимать новорожденного на божий свет, перерезать пуповину, связывающую ребенка с матерью, по сути — вить ему судьбу, только после очищения от нечестивой гех. Из повседневных же наблюдений можно сделать вывод, что женщина в этот период тяготеет к ношению платков, освобождая свою голову от всевозможных узлов, камений, приглушает цветовую гамму. Она прошла сатурнианский период от выхода замуж до окончания цикла нечестивой гех, и теперь несет это время в себе. И редчайшая женщина сохраняет к преклонному возрасту свой магический потенциал - волосы, как в девичестве, лишь убеляя его.

Женская русская одежда в отличие от головных уборов подверглась большему изменению, но часть фасонов осталась неизменной. Особенно это заметно в верхней одежде, которая никогда не шилась в талию. Это многослойные, ниспадающие к долу каскады материи: например, сарафан ниспадает от груди, фигура женщин в этих одеждах и скрыта, и видна. Сквозь укрупненную дородность одежды сквозит статность женщин; плавность, величавость. Вольно или невольно русская женщина на протяжении обозримого тысячелетия проводила в своем одеянии образ тотема изеда Аша-Вахишты — слона. И если посмотреть непредвзято, то праздничный кокошник женщины и есть голова слона с огромными ушами до плеч. Образ русской женщины в кокошнике — это высшее развитие образа слоноголового Ганеши — тотем освоен внутри и четко, гармонично отражается вовне. Кокошник чаще всего сравнивается с месяцем. Календарный месяц отражает хварну рода, то есть женщина в свой детородный период нарабатывает и постигает хварну рода. Кокошник — отражение индивидуальной хварны рода, развернутой во времени. Слонам позволительно быть лысыми, иметь редкую растительность. Кейван — планета Аша-Вахишты проводит нас сквозь испытания, горе. Женщины и девицы в знак печали обрезали себе волосы, и в Новгородской области для испытания себя на внутреннее соответствие высшему, горнему миру брили головы, чем вызывали неодобрение со стороны церкви. Мужчины же в знак печали и впадения в царскую немилость — наоборот, отращивали себе волосы. По мужским шапкам (собственно «шапка»-вместилище — это относится к мужчине-князю) можно было судить о происхождении и достоинстве владельца.
Исключительной принадлежностью боярина была высокая «горлатная шапка». Она шилась из меха с горла животного (соболя или бобра) и расширялась кверху — горло в теле человека соответствует зодиакальному знаку Таран (Телец), месяцу Аша-Вахишты и отражает родовую хварну. Спереди на шапке делалась прореха, на которой делались петли, изображающие какую-либо фигуру. Эта горлатная шапка одевалась только на выход, для думы, поверх тафьи — маленькой (домашней) шапочки, прикрывающей макушку, и остренького колпака. Дома горлатная шапка имела свое строго определенное место — болванец, нарядно расписанный иконописцами. Каждый домашний мог видеть, где боярин, сколько миров одел на голову. Колпак обозначал мужской пол, его носили все, даже царь, под шапку, и простой мужик. Колпаки попроще были из сукна-войлока, зимой подбивались недорогим мехом. Богатые шили колпак из белого атласа, спереди украшенный золотой запоной, зимой подбивали дорогим мехом. Колпак имел разрез спереди и сзади до половины. Разрезы эти окаймлялись жемчужными нитями и застегивались на пуговицы.
Изед Аша-Вахишта создал и меха тысячегорлые, звуки которых отпугивают бесов. Горлатные шапки позволялось носить боярам.
Дворяне, дьяки и бояре повседневно носили четырехугольную, низкую шапку с меховым околышем из меха лисицы, соболя, бобра. Летом этот околыш пристегивался для веды, а зимой вся шапка подбивалась мехом. Эта шапка тоже имела прорехи, как на колпаке, с пуговицами по шесть на прореху. Верх ее был вишневого, червонного или зеленого цвета, крайне редко черного (вообще в одежде, в быту старались избегать черного цвета). Носовой платок полагался только родовитому мужчине, и носил он его в шапке. На праздниках, при танцах женщина держала плат в руках, а мужчина его хранил в снятой шапке.
Князья на голове носили полусферу, отороченную мехом. Мужчины выставляли напоказ свою бороду, знатные люди, служивые стригли волосы коротко, а то и брили.

Мерой волос простолюдина был горшок (котел), его надевали на голову и по нему обрезали волосы. Некоторые такие «котлы» имели до плеч, может быть как, например: «Кончак, который вычерпал Сулу, пешком ходя, котел нося на плечах». «Ломали шапку» — свой горний мир, свое высшее «Я» — прося чего, крайне редко. Равно как и попусту «шапкой о землю не били». Выражение «На воре и шапка горит» говорит о нарушении справедливости — принципе Аша-Вахишты — человеком-изменником на государевой службе, то есть о воре.
Изеда Аша-Вахишту иногда изображали в диадеме, шлеме. По результатам археологических раскопок можно говорить, что шлемы появились на территории нашей страны не раньше X века. Они имеют коническую, сфероконическую форму или форму купола. Ученые считают шлем восточным изобретением. Шлемы попали на Русь, а из Руси в Европу, где и продержались до конца XIV века. На Руси привились сфероконические шлемы. Жившие в бассейне реки Рось кочевники, черные клобуки, носили четырехгранные шлемы с «наличниками» — личинной маской, закрывавшей все лицо. Личина носила конкретные черты конкретных людей. Вероятно, они сражались вместе с идамом, фравашами. Клобуком иногда называли и княжескую шапку. Потом это название перешло на монашеский головной убор, а также на колпачок, который надевали на голову охотничьим птицам. Металлические шлемы украшались растительным и животным орнаментом, изображениями религиозного характера. Под шлем надевался подшлемник — прилбица, на Руси они были из меха волка или барсука.
Шлем связан не только с Аша-Вахиштой, но и с другим изедом - Ариеманом - водителем ариев. Священный шлем Ариемана делает всех невидимыми и переносит на далекие расстояния. Мечта о шапке-невидимке свойственна мужчинам, она имеет древние корни в русских сказках и помогает богатырям совершать подвиги, обретать невест.
Разница в проявлениях изеда Аша-Вахишты в мужских и женских головных покровах также проявлялась и в общественном этикете. Женщина никогда публично не обнажала голову, четырехугольный кусочек ткани — носовой платок как символ вары она держала в руках. Женщина выходила замуж под венец, который в девичестве носила на голове. Мужчина, в знак уважения перед старшими по возрасту и социальному положению обнажал свою голову. Символ вары — носовой платок он носил в шапке, на голове.
Таким образом, мы познакомили читателей с разными видами головных уборов, которые носили издавна на Руси. Их особенности связаны с определенным моментом времени, обусловлены возрастом и происхождением их носившего и дают ему соответствующую защиту.

Литература

1. Глоба П. П. Живой огонь. Учение древних ариев. М.: Вагриус, 1996.
2. Глоба П. П. Когда наступит день. Минск: АРБА, 1999.
3. Забылин М. Русский народ.
4. Незабытая старина: Древнерусские повести.
5. Русские: Сборник института этнографии им. Миклухо-Маклая. М.: Наука, 1997.
6. Семенова М. Мы - славяне. СПб.: Азбука, 1997.

Разделы: 
Rus
27 Асман день.
09 Атара месяц.
3756 год ЗРЭ

Асман день (Ав. Асман) Небо.

День начался с восходом солнца в Санкт-Петербурге в: 09:49
Завтрашний день начнется в: 09:50
Текущее время Хаван-гах, осталось 00:34 часов.
Рапитвин-гах будет в 12:53 часов.

Традиционные зороастрийские праздники

с 20/12/2018 по 21/12/2018

Зервано-зороастрийские праздники